Всем заголовкам достается Голубая дыра (Большой барьерный риф). Она известна всем. Но если отыскать укромное место в водах Великобритании, там вас ждет нечто более древнее, странное и столь же важное. Это маерловые заросли. Они похожи на кораллы. Они функционируют как кораллы. Но это не они. Это тысячи свободных, известковых фрагментов водорослей. Сплетенные вместе. Они образуют богатые подводные ковры.
А внутри них скрывается тайна.
Сорок лет назад профессор Кристина Маггс изучала одну из таких зарослей для своей докторской диссертации. Она нашла фрагмент. Розово-полосатый. Живой на маерле. Неизвестный.
Это впечатление ее преследовало.
Большинство исследователей идут дальше. Маггс — нет. Она посвятила десятилетия преследованию этого крошечного кусочка водоросли. Долгое время это была лишь гипотеза. «Новый вид для науки», — подозревала она, но у нее не было доказательств. Для официального описания требуется большой образец. Ей нужен был более крупный материал.
Поэтому она продолжала искать.
Даже после защиты диссертации. Водоросль не выпускала ее из головы. Она замечала ее мельком. Один раз — прицепившейся к асцидии. В другие разы — лишь намек. Никогда не хватало всего, чтобы доказать что-либо. Хватало только, чтобы надежда не угасала.
И вот, два года назад, Корнуолл.
Исследователи, проводившие обследование местных маерловых зарослей, подняли на поверхность образец. Он показался ей знакомым. Это выглядело как та самая водоросль-загадка Маггс.
Разве она не запаниковала? Возможно. Она купила винный холодильник.
Не для винограда. Для науки. Холодильник обеспечивал темную, прохладную и стабильную среду. Идеальную для хранения драгоценного образца, пока тесты подтверждали его идентичность.
«Я просто надеялась, что найду его», — признается Маггс. «Прошло уже больше четырех десятилетий».
Образец прибыл в Лондон. Ожидание было мучительным. Водоросль была настолько мала, что секвенирование ДНК было единственным способом. Ей пришлось вырастить ее. Достаточно крупную. Выделили генетический материал. Затем последовало сотрудничество с профессором Беатрис де Барроу Баррету. Получены результаты ДНК.
Части головоломки сложились.
Это реально.
Вид новый. Подтвержден наукой. Образец теперь находится в коллекции Музея естествознания. Маггс эксклюзивно поделилась этой новостью с BBC. Но открытие не случилось в вакууме. Оно произошло благодаря специалистам-дайверам.
Энджи Голл из Natural England возглавляет эти обследования. Это дорогая работа. Логистически сложная. Дайвинг здесь — не хобби; это тяжелое оборудование, протоколы безопасности и терпение.
«Это настоящая привилегия», — говорит Голл. «У тебя никогда не бывает достаточно времени».
Дайверы видели пауков-крабов, королевские гребешки, морские звезды, бычков. И среди пакетов для сбора проб одно открытие выделялось. Срезы красных водорослей малого размера. Розовые полосы. Кончики, напоминающие клешни.
Фрэнсис Бункер, независимый морской биолог из команды, заметил это первым. У него с собой под водой есть лупа. Чудак? Безусловно. Необходимость? Абсолютно.
Он увидел водоросль. Он подозревал, что Маггс как раз ее ищет. Он собрал все, что мог. Отправил в Лондон.
«Ожидание того стоило», — говорит Маггс. «Вот почему это заняло 40 лет».
Результаты скоро будут опубликованы в журнале Phycologia. Пройденные рецензирование и финальную проверку.
Но почему это важно? Почему стоит беспокоиться о крошечной водоросли в Корнуолле?
Водоросли древние. Им миллиард лет. Они кормят рыбу. Они защищают икру. Без них экосистема рушится. Для людей? Их экстракты лечат изжогу. Они заживляют раны. Они содержат минералы, которые мы не можем синтезировать самостоятельно.
«Мы действительно должны их любить», — говорит профессор Джулиет Броуди из Музея естествознания.
Открытие подчеркивает здоровье маерловых зарослей. Оно показывает, что жизнь еще находится там. Но оно также обнажает пробел в защите.
Маерловые заросли в Великобритании редки. OSPAR классифицирует их как находящиеся под угрозой и сокращающиеся в численности. Существует четыре охраняемых участка. Один из них — Особая зона защиты Фал и Хельфорд.
Но заросли у южного побережья Корнуолла? Те, где живет эта новая водоросль?
Не находятся под официальной защитой.
Крейг Шнайдер, профессор биологии в Тринити-колледже (Коннектикут), называет открытие «значимым». Не только для таксономии. Но и для адвокации. Оно добавляет веса аргументам в защиту этих зарослей. Они поддерживают растения. Животных. Микробов.
Без маерла вы теряете питомники для коммерческих видов рыб. Вы теряете разнообразие. Вы теряете функцию.
Новый вид Маггс получил научное название Ceramium ruenessianum. Оно отдает дань уважения коллеге. Сорок лет исследований. Наконец признано.
Как называем его мы, остальные?
У дайверов есть свое мнение. «Полосатая зебра» — один из любимых вариантов. Другие предлагают «полосатый бандит». «Ленточная когтистая» звучит круче, возможно?
Маггс обращается к общественности. Что у вас в голове?
Водоросль мала. Местообитание хрупко. История долгa. Но доказательство здесь. Новые виды все еще существуют. Прямо под поверхностью. Ждут кого-то с винным холодильником и терпением святого, чтобы найти их.
